×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 467
12:10, 25 июля 2014

Авторитаризм как категория политической науки

ПОЛИТИКА И ПРАВО

Доступа к власти обозначать как «режим», а обратное движение от власти к обществу в виде механики осуществления приня­тий решений определять как «администрирование». В рам­ках такой логики каналы доступа к власти согласно критерию уровня конкуренции будут градироваться по шкале от автори­тарного до демократического режима. В свою очередь, методы управления исследователь предлагает классифицировать на основе теории патримониального господства и бюрократии М. Вебера, что подразумевает рассмотрение качества государ­ственного управления в рамках континиума от традиционного патриомониализма до рационально-бюрократической мо­дели модернизированного управления, основанного на фор­мальных институциях и господстве права (power of law).

Хотя аналитическое разделение областей и функциональной сущности «режима» и «администрирования» является полезной стратегией для операционализации рассматриваемых понятий и их эмпирической верификации, необходимо отметить, что в ре­альности обе сферы являются взаимосвязанными и зависимыми друг от друга. Поэтому для понимания причин утверждения в той или иной стране авторитарного режима и дефицита демократии, а также для определения конкретного режимного типа необходи­мо включать в поле анализа не только сферу доступа к властным позициям, но и область государственного управления, связанно­го с таким параметром, как качество бюрократии. Как показано ниже в этой работе на примерах постсоветского развития, эрозия качества электоральных практик часто является следствием неза­вершенности процесса рационализации бюрократии10 и домини­рования не столько силы права (power of law), сколько права силь­ного (law of power).

Таким образом, для более четкой фиксации не только самой общей природы режима, то есть его авторитарной или полиар­хической (демократической) сущности, но и отображения спец­ифики авторитарных практик важен учет также такого крите­рия, как тип управленческой модели и уровень ее формальной институционализации. В этой связи политический режим можно определить как совокупность формальных и неформальных правил, регулирующих каналы доступа к властным позициям и формирую­щих модели осуществления государственного управления.

В политической науке существует давняя традиция теорети­зации демократии, в то время как авторитаризм до последнего времени оставался некой остаточной категорией, к которой при­нято относить все режимные формы, которые не отвечают базо­вым демократическим характеристикам. В результате элементы и признаки авторитаризма до сих пор остаются недостаточно систематизированными и концептуально обоснованными.

Р. Даль, определяя демократию, указывает, что ее ключевой характеристикой является «непрерывная способность прави­тельства реагировать на предпочтения своих граждан, которые в политическом отношении рассматриваются как равные»11. Эта способность правительства обуславливается наличием совокуп­ности институций и правовых гарантий, главными из которых можно признать регулярность проведения честных и справед­ливых выборов, которые создают вертикальную подотчетность элит по отношению к обществу и минимизируют их автономию от социальных субъектов. Хотя сами по себе честные и справед­ливые выборы еще не гарантируют того, что правительство будет чувствительно к предпочтениям граждан, что требует также го­ризонтальной подотчетности в виде разделения властей, доми­нирования конституционализма (power of law), свободных СМИ, развитого гражданского общества и прочих институциональных ограничений исполнительной власти, тем не менее, конкурент­ные выборы можно признать исходным признаком, без которого политический режим не может априори быть признан демокра­тическим и, следовательно, подпадает под иную категорию.

Взяв за основу электоральный критерий оценки режимов, М. Алварес, А. Чейбуб, Ф. Лимонджи и А. Пшеворский определя­ют демократию как систему, при которой высшие государственные посты занимаются на основе конкурентных выборов. Теоретики вы­двигают три правила, согласно которым они проводят грань между демократией и авторитаризмом: 1) глава исполнительной власти должен быть всенародно выбран или выбран всенародно избран­ным представительным органом; 2) легислатура должна быть все­народно избранной; 3) выборы должны быть с участием более чем одной партии или листа избирателей и проведенными по справед­ливым правилам для каждого из участников12. Противоречие хотя бы одного из этих правил служит основанием для определения ре­жима в качестве авторитарного. Схожим образом, используя элек­торальный подход, Дж. Ганди определяет авторитарный режим как ситуацию, в которой политические элиты приобретают власть иными способами, нежели конкурентные выборы.

Эти максимально удобные с точки зрения эмпирической фиксации и измерения режимных форм положения могут быть отправной точкой для определения авторитаризма. В рамках этой логики авторитарный режим можно понимать как совокупность формальных и неформальных правил, определяющих каналы доступа к властным позициям, согласно которым конку­рентные выборы либо отсутствуют, либо не являются ключевым механизмом ротации элит.

 

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 6 (73) 2014


 



© 2014 Евразийский новостной клуб