11:19, 01 октября 2015

Субфедеральная власть как составная часть общественной политической системы

ПОЛИТИКА И ПРАВО

Развитие современной модели организации региональ­ной законодательной власти Российской Федерации склады­валось в связи с особенностями организации государственной власти России, закрепленными Конституцией Российской Фе­дерации (1993 г.), федеральным законодательством, конститу­циями (уставами) и законодательством субъектов Российской Федерации. В Конституции РФ провозглашено, что государ­ственную власть в субъектах Российской Федерации осущест­вляют образуемые ими органы государственной власти (ч. 2 ст. 11).

Системный подход к положениям ч. 2 ст. 11 позволяет увидеть и другую ее важную связь, а именно - со ст. 10 Консти­туции РФ, которая закрепляет принцип разделения властей для организации государственной власти в Российской Феде­рации. Следовательно, государственная власть и в субъектах РФ также должна строиться на разделении законодательной, исполнительной и судебной власти, а также на основе само­стоятельности их органов.

Законодательно основы представительства как политиче­ского института закреплены в Конституции Российской Феде­рации. Частью 1 ст. 32 Конституции Российской Федерации установлено, что граждане Российской Федерации имеют пра­во участвовать в управлении делами государства как непосред­ственно, так и через своих представителей. А частью 2 этой же статьи предусмотрено право граждан Российской Федерации избирать и быть избранными в органы государственной вла­сти. Эти положения Конституции Российской Федерации га­рантируют гражданам право избирать своих представителей или избираться такими представителями с целью управления делами государства.

Согласно Конституции Российской Федерации республи­ки в составе Российской Федерации приравниваются к госу­дарствам. Другие субъекты Российской Федерации в соответ­ствии с Конституцией Российской Федерации также обладают рядом атрибутов государственных образований: собственны­ми органами государственной власти, законодательством, го­сударственной символикой. В связи с этим представляется немаловажным, как проявляется и регулируется представи­тельное народовластие в этих государственных образованиях.

Прежде чем говорить о понятии, сущности организации и функциях региональной законодательной власти, как пред­ставляется, необходимо уяснить, что в научной литературе рассматривается под понятием «регион», «региональная по­литическая система».

В отечественной и иностранной литературе существует множество подходов к определению понятия «регион». В кон­тексте данного исследования термин «регион» используется в значении «субъект РФ», и в дальнейшем, когда речь идет о региональных парламентах, региональных законодательных органах, региональной легислатуре, региональной ассамблее, автор имеет в виду законодательные органы субъектов РФ. Также далее в тексте с одинаковым значением будут исполь­зоваться термины: глава исполнительной власти субъекта РФ и глава региона, глава субъекта РФ, высшее должностное лицо субъекта РФ.

Институты региональной законодательной власти неиз­бежно являются частью региональной политической системы.

Анализ региональных политических систем предполага­ет выявление и характеристику строения как формы челове­ческих отношений и деятельности, путем которых обеспечи­вается властное регулирование процессов жизнедеятельности регионов как и общества в целом.

Пользуясь терминологией Д. Истона, региональный по­литический процесс есть непрерывный и взаимосвязанный «поток поведения», а по Г. Алмонду - это различные роли государственных и негосударственных акторов, обусловливаемые политической культурой. Именно роли создают институ­ты власти, а также властно-политические решения. «Вход» в систему образуют действия партий, групп интересов, лидеров, СМИ и т.д. «Выход» - действия институтов власти: парламен­та, главы государства, правительства, судов и т.д.

Методология Г. Алмонда ориентирует на анализ функ­ций «входа» - артикуляции и агрегирования интересов, поли­тической социализации и рекрутации, политической комму­никации и функций «выхода» - нормотворчества, исполнения законов и правил, контроль за их соблюдением и пресечение правонарушений.

Такой анализ функций предполагает вычленение в реги­ональном политическом процессе уровня диверсификации интересов различных слоев, групп по возрасту, профессии, социальному статусу, трудовой деятельности и т.д. Это осо­бенно важно учитывать при разработке программ, принятии решений, осуществлении региональной социальной и другой политики в целях достижения стабильности и устойчивого развития.

Почти во всех странах мира (за исключением карлико­вых) существует как минимум три уровня политического пространства, а следовательно, и строения всех компонентов политической системы: государственный, субнациональный (региональный) и местный (муниципальный). Причем на ре­гиональном уровне усиливается значение неформальных се­тей и институтов, уменьшается роль официальной публичной власти.

Иной термин со сходным смыслом - «политическая структура региона» (С. И. Барзилов и А. Г. Чернышов). Она складывается из политических сообществ, которые являются субъектами власти (в подчинении общегосударственной вла­сти), имеют механизмы самоуправления и территориальные границы. Основные элементы структуры - трех видов: полити­ческие организации самого населения (общности); институты «прямого» властвования; институты опосредованного взаимо­действия власти и населения.

Эти трактовки могут рассматриваться как односторонние, так как не включают в число элементов системы региональную политическую культуру и неформальные взаимодействия ак­торов. Пробел восполнен в работе Е. В. Морозовой, предло­жившей термин «региональная полития» - «все многообразие властных структур, органов местного самоуправления, граж­данских инициатив и других горизонтальных образований, а также отношений между ними, соответствующих норм и региональной политической культуры». Этот же набор эле­ментов, связанных региональными традициями политической жизни, Н. П. Распопов и другие авторы определяют как «ре­гиональное политическое пространство». Они подчеркива­ют историко-культурную обусловленность данной системы.

Преодолеть крен в сторону институционализма тем более важно, что в России и других незападных обществах именно неформальные политические практики определяют смысл и направленность формально-правовых институтов.

Таким образом, российские исследователи ещё создают основы системного анализа региональных процессов. Наибо­лее перспективным представляется термин «региональная по­литическая система». Категории «полития» и «пространство» в бытующих контекстах почти синонимичны «политической системе». «Структура» и «режим» передают смысл только ин­ституционального измерения системы.

Резюмируя вышесказанное, автор считает, что региональ­ная политическая система - это субсистема общественной по­литической системы, проявляемая в виде региональных поли­тических институтов для реализации властных отношений во всех сферах общественной жизни.

В то же время природа и сущность системы законодатель­ной власти субъекта Российской Федерации основана на тех же общих принципах, что и организация системы федеральной за­конодательной власти. Основные функции и полномочия в об­ласти законодательной власти на региональном уровне осущест­вляют не федеральные органы законодательной власти, а органы законодательной власти субъекта Российской Федерации.

Необходимо отметить, что термин «парламент» в наиме­новании региональных представительных органов использует­ся только в законодательстве республик РФ. Однако принцип равноправия субъектов РФ, закрепленный в ст. 5 Конституции РФ, позволяет краям и областям РФ наравне с республиками использовать в своем законодательстве термин «парламент» в наименовании легислатур.

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 7 (86) 2015

ГЕЛЕРАНСКИЙ Петр Сергеевич

кандидат политических наук, докторант кафедры национальных и федеративных от­ношений Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации


 



© 2014 Евразийский новостной клуб