×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 662
16:56, 19 ноября 2015

Коллизии в конституционном правотворчестве

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО

В широком смысле под коллизиями можно понимать «столкновение противоположных сил, интересов, стремлений»1. Многие исследователи признают наличие коллизий в системе права.

Сегодня ярко прослеживается необходимость поиска пра­вовых и административных средств для разрешения противоре­чий между федеральным законодательством и нормативными актами субъектов. Задача модернизации механизма разреше­ния коллизий, возникающих в конституционном законодатель­стве, приобретает значимость как для теории, так и для практи­ки. Во многом это обусловлено тем, что субъекты РФ реализуют свои полномочия по предметам совместного ведения (ст. 72 Конституции РФ), и возникают несоответствия между нормами Федерации и ее субъектов. В свою очередь данный правовой ин­ститут недостаточно эффективно работает.

Отметим, что такое правовое явление, как «пробелы и конфликты», в Конституции не тождественно конституцион­ным пробелам и конфликтам в правовой системе, которые подразумевают под собой более широкое содержание. Так, в дополнение к пробелам к Конституции пробелы в правовой системе включают те или иные виды дефектов во всей системе конституционного регулирования, нормы и институты кон­ституционного права, а также пробелы отраслевого законо­дательства, несущие конституционно значимые последствия. Тем не менее, во всех указанных случаях преодоление и разъ­яснение пробелов связано, как правило, с телеологическим толкованием (то есть выяв­ление целей законодателя в контексте закрепления несо­впадающих интересов и поиска на этой основе их баланса в реальной системе правового регулирования).

Коллизии в рамках конституционного права выступают в качестве самостоятельного правового явления, как противоре­чие публично-властного свойства между правовыми актами, правовыми нормами, действиями государственных органов, должностных лиц, граждан, правопониманием в конституци­онно-правовой сфере.

Каждый из вышеназванных видов коллизий обладает сво­ей спецификой в конституционном праве и может в свою оче­редь делиться на подвиды. При разрешении коллизий в рам­ках конституционного права необходимо руководствоваться следующими принципами:

  • при разрешении коллизий приоритет должен отда­ваться Конституции РФ;
  • при разрешении коллизий недопустимо нарушение прав и свобод человека и гражданина;
  • средства и процедуры разрешения коллизий должны обладать конституционно-правовой природой, быть законо­дательно закреплены и отвечать общим принципам устрой­ства правового государства.

Ведь законодательство субъектов РФ является частью системы нормативно-правовых актов, функционирующих в России, ко­торая как форма выражения права, в свою очередь, является элементом правовой системы России. Именно поэтому право­вые противоречия между федеральными законами и норма­тивно-правовыми актами субъектов РФ оказывают влияние на состояние всей правовой системы, так как при сбоях в работе внутри одного элемента система для эффективного функцио­нирования либо сама реформируется, либо вносит изменения в элемент2.

Отметим, что большинство конституций современных государств содержат в себе коллизионные нормы. Однако тут встает вопрос: каким нормам нужно придавать конституцион­ный статус?

Согласно конституционализму, в конституционный акт нужно включать норму о приоритете основного закона. В Кон­ституции РФ такой приоритет можно встретить в следующих нормах:

  • Конституция РФ и федеральные законы имеют верхо­венство на всей территории РФ (ч. 3 ст. 4);
  • Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, за­коны и иные правовые акты, принимаемые в РФ, не должны противоречить Конституции РФ (ч. 1 ст. 15).

Как полагает И. А. Кравец, смысл ч. 2 ст. 4 «заключается в установлении принципа верховенства федерального права над правом субъектов РФ»3. Такое же правило внедрено в ч. 3 ст. 76 Конституции РФ. Схожая норма имеется в ч. 2 ст. VI Консти­туции США: настоящая Конституция и законы Соединенных Штатов, принимаемые во исполнение оной, равно как и все договоры, которые были заключены от имени Соединенных Штатов, являются верховным правом страны.

Однако конституционные акты могут предусматривать исключения из правила о приоритете федерального законода­тельства. Так, ч. 4 ст. 76 предполагает приоритет нормативно­правового акта субъекта РФ.

В большинстве конституционных актов субъектов РФ со­держатся нормы касательно приоритета Конституций (Уста­вов) в законодательной системе области, округа и республики. С позиции юридической техники было бы целесообразно нор­му-запрет и норму-приоритет внедрять в одну статью.

Особенно нежелательны для конституционного права коллизии между естественным и позитивным правом. Тем не менее существует простой способ для разрешения коллизий в таком случае: должен соблюдаться примат естественного пра­ва, несмотря на то, что в содержании своих отдельных норм естественное право также может вызвать столкновение трак­товок. Опасность коллизий такого качества тем больше, чем шире они несут угрозу реализации основополагающей функ­ции конституционного права - охраны прав и свобод человека и гражданина.

Те или иные коллизии могут вызывать споры о компетен­ции. Эти споры быстро могут привести к конституционному кризису в случаях, когда в государстве остро стоит вопрос по­литической борьбы, неясности конституционных трактовок и несовершенства практики общественного согласия. Именно такой конституционный кризис возник в октябре 1993 г. Спо­ры о компетенции постоянно сопровождают государствен­ную жизнь большинства развитых стран. Для их разрешения

важно наличие сильных органов конституционного контроля, способных привести конфликтующие стороны к примире­нию. Такие споры лишний раз подтверждают неэффектив­ность принятой в той или иной стране формы правления и ее конституционного закрепления. Все это побуждает постоянно улучшать законодательную технику и развивать общий уро­вень конституционно-правовой теории.

Наиболее часто встречающейся коллизией является кол­лизия между законом и подзаконным актом. К сожалению, можно констатировать, что принцип приоритета закона, зало­женный в самой Конституции как механизм разрешения этих коллизий, часто не срабатывает. Поэтому при решении таких вопросов опять прибегают к принципу целесообразности, который иногда противостоит закону. Также часты коллизии федеральных законов и законов субъектов РФ, хотя приоритет и здесь ясно указан в Конституции РФ. Однако в связи с тем, что власти при решении таких проблем стремятся к наиболее целесообразному их решению, порой создается обстановка, когда даже прямые нарушения норм Конституции не влекут за собой соответствующих санкций против нарушителей. Бес­спорно, что ушедшая в историю тоталитарная система нашла свое отражение в правовом нигилизме российского общества.

Таким образом, внимание науки российского конститу­ционного права активно обращено на вопросы коллизий и порядок из разрешений. Отчасти это можно объяснить тем, что в России набирает актуальность новое конституционное право. Но его система на данный момент не способна на долж­ном уровне связать в определенное единство правовые нормы. Предотвращение всех коллизий сразу нереально, так же как нереально остановить «правовую жизнь». Поэтому важной задачей науки и практики конституционного права остается выявление на перспективу мирных путей преодоления колли­зий.

В данном случае есть смысл говорить о формировании новой отрасли права - «коллизионное право», которой пред­стоит пройти период формирования, самоорганизации и структуризации. Но уже сейчас в рамках «коллизионного пра­ва» можно выявить перспективные институты и подотрасли, цель которых заключается в создании правового механизма преодоления юридических коллизий. Также «коллизионное право» должно подразумевать гармоничное сочетание норм национального и международного права, согласованное при­менение которых диктуется общим предметом регулирова­ния, делающего акцент на наиболее значимых социальных интересах.

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 9 (88) 2015


 



© 2014 Евразийский новостной клуб