11:22, 02 Декабрь 2015

Противодействие коррупции как способ снижения угрозы национальной безопасности

ПОЛИТИКА И ПРАВО

Анализ современных политических реалий заставляет рассмотреть проблему национальной безопасности страны под иным углом. Наряду с внешними угрозами, среди кото­рых рост геополитического давления стран конкурентов, меж­дународный терроризм, природные катаклизмы, существен­ными также являются внутренние проблемы страны. Среди данных проблем можно выделить увеличивающееся соци­альное расслоение в обществе, снижающийся гуманитарный, культурный уровень в стране, определенные проблемы в сфе­ре образования и здравоохранения. Так, следует согласиться с российскими учеными В. В. Колесниковым, В. Н. Быковым,

О. А. Борисовым в том, что среди эндогенных угроз нацио­нальной безопасности наибольшим разрушительным по­тенциалом обладает коррупция. Ю. С. Дерябин утверждает, что «коррупция является одной из наиболее серьёзных угроз не только для экономики и социального развития отдельных стран, но и для национальной и международной безопасности в целом». Коррупция давно перешагнула государственные границы и стала зачастую носить межстрановой характер. М.А. Шебанова справедливо отмечает, что «... во всем мире най­дется множество примеров партнерства транснационального капитала и местных элит, которые называют "компрадорски­ми" и которые не только не способствуют, но и препятствуют национальному строительству и благосостоянию широких слоев общества». Процесс взаимоинтеграции местных элит и транснационального капитала представляет реальную опас­ность национальной безопасности. Отметим, что по мнению М. Уаррена, коррупция наносит вред самой культуре демокра­тии. Повреждение культурного ядра государства, по нашему мнению, несет опасность национальной безопасности страны. Феномену коррупции, а также методам противодействия это­му феномену посвящена настоящая работа.

Отметим, что феномен коррупции известен с незапамят­ных времен. О нем упоминается в античные времена, средние века, эпоху Возрождения. При этом для современного пони­мания необходимо внести уточнение при определении самого термина «коррупция».

На этот счет существуют разные точки зрения. Американ­ский политолог А. Этциони выделяет три подхода к опреде­лению коррупции: незаконное использование общественной власти и ресурсов с целью персональной выгоды, нелегальная передача общественных благ в пользу интересов локальной группы и действия по обходу принятых правил и норм. В первом подходе речь идет о коррупции частной, во втором и третьем - о «политической коррупции».

Мы согласны с Р. Роузом и У. Мишлером, что «политиче­ская коррупция» - «.важный показатель того, что институты управления не соответствуют веберовской парадигме полити­ческой системы, которая слаженно управляется чиновниками, беспристрастно действующими в соответствии с нормами и законами, а также политиками, принимающими решения в рамках этих законов и норм». Фактически «политическая кор­рупция» нарушает механизм работы государственных инсти­тутов. Рассматривая коррупционные практики в США начала ХХ в., Л. И. Элсворт в контексте «политической коррупции» акцентирует внимание на покупке должностей государствен­ного и частного характера. Полагаем, что опасность для обще­ства «политической коррупции» много выше, поскольку в предоставлении должности в обход норм закона закладывает­ся потенциал будущей коррупции.

Вместе с тем термин «политическая коррупция» (англ. po­litical corruption) имеет и более широкое понимание. Согласно М. И. Уоррену «политическая коррупция» - это любое злоу­потребление служебным положением в личной выгоде, без фокусировки на последствиях данного деяния. Ряд исследова­телей выделяют в этом плане коррупцию нижнего и верхнего уровня. В случае коррупции верхнего уровня в качестве форм проявления выделяются: непотизм, патронаж, конфликт ин­тересов в сфере законодательной или исполнительной вла­сти. Мы будем разделять понятия «частной коррупции» - как широкого понимания данного феномена, и «политической коррупции», как более узкого определения коррупционного деяния, связанного с повышенной общественной опасностью.

Исследователи А. С. Быстрова, М. В. Сильвестрос пред­лагают иную точку зрения. Они выделяют четыре взгляда на определение «коррупции»: «идеалистически-философский», «ревизионистский», «экономико-рыночный», «ортодоксаль­ный марксистский». В «традиционном» взгляде «коррупция» - это поведение за рамками принятых общественных норм, сво­дящееся к получению личной выгоды за счет общества. Выгоды могут принимать как материально-денежный характер, так и нематериально-общественный. «Ревизионистский» взгляд по­лагает коррупцию следствием естественных процессов разви­вающихся государств, необходимым этапом в модернизации. Коррупция «ревизионистами» рассматривается как «неиз­бежная плата» за модернизацию. «Экономико-рыночный» взгляд воспринимает коррупционное вознаграждение как транзакционные издержки в процессе общественного обмена услугами. Коррупция является ответом бизнес-сообщества на избыточное регулирование бизнес-процессов государством. Причиной коррупции выступает чрезмерное государственное вмешательство в частный сектор. «Ортодоксальный марксист­ский» взгляд в противовес «экономико-рыночному» рассма­тривает коррупцию как фундаментальную проблему капита­лизма и неотделим от нее. Так, мы не согласны с философом А. С. Кожушко, что «коррупция никак не связана с националь­ной, классовой или сословной принадлежностью... политиче­ским режимом». Мы полагаем, менталитет, сословно-классо­вая принадлежность, а также политический режим оказывают существенно влияние и на форму, и на уровень коррупции. Кроме того, мы не разделяем точку зрения А. Н. Савенкова и А. Савенкова, что коррупция становится возможной «.в результате несовершенных правовых систем и правового регу­лирования, отсутствия правоприменительной практики и не­эффективного межведомственного сотрудничества». На наш взгляд, феномен коррупции шире существующих «белых пя­тен» законодательства, а его решение может носить лишь ком­плексный междисциплинарный характер за пределами одной лишь юриспруденции.

Вместе с тем согласимся с учеными Е. И. Головановой, О.Гариной, что уровни заработной платы низшего звена чи­новников не сопоставимы с зарплатами в частном секторе, что может служить косвенной причиной коррупции. Зачастую у коррупции в первую очередь социально-экономические причины, требующие серьезных изменений в государстве с активным применением институтов гражданского общества и мировых практик противодействию коррупции. Начнем с рассмотрения существующих методик оценки уровня корруп­ции.

Так, организация «Transparency International» рассчи­тывает «Индекс восприятия коррупции». Индекс рассчиты­вается на основе опросов мнения представителей бизнеса и экспертного сообщества. ИВК за 2014 г. рассчитывался из 12 разных источников с использованием 11 независимых организаций, регистрирующих уровень восприятия коррупции в 175 государствах.

C конца 90-х годов Всемирный банк рассчитывает индика­торы качества государственного управления (World Governance Indicators - WGI) - интегрированные показатели государствен­ного управления более чем по 200 странам. Показатели из­меряются на основе данных, полученных в ходе исследований различных негосударственных организаций. Одним из шести индексов является «контроль коррупции». Несмотря на кри­тику, WGI позволяет получить представление об уровне кор­рупции и его динамике в различных государствах.

Международная организация «Freedom House» начиная с 1995 г. проводит комплексное исследование государств мира «Нация в транзите». Исследуются 29 стран, разделенных на группы балканского полуострова, центральной Европы и Евразии. Несмотря на локальный характер исследования (не затрагивается большая часть стран планеты), данные исследо­вания также можно использовать при оценке уровня корруп­ции.

Международный экономический форум публику­ет индекс глобальной конкурентоспособности (Global Competitiveness Index — GCI), в котором одним из показате­лей выступает коррупция. В отчете за 2014-2015 гг. рассматри­ваются 144 страны. В отличие от предыдущих исследований, происходит оценка еще и институтов государства на предмет прозрачности и удобства для бизнеса.

Подводя итог рассмотрению международных методов оценки уровня коррупции, можем констатировать, что, не­смотря на существующие у каждого метода оценки объектив­ные минусы, в целом их совокупность вполне применима для оценки уровня коррупции.

Наряду с негативными оценками коррупции считаем нужным отметить и существование альтернативного мнения. В частности, коррупция выступает в роли «экономической смазки», «социального стабилизатора», вызванного нормали­зовать неадекватную работу госинститутов. Кроме того, кор­рупция на низком уровне позволяет силам, не представлен­ным в политическом поле, все же участвовать в политическом процессе страны. Коррупция выступает способом взаимос­вязи государства со своими гражданами - «передача взятки - всего лишь одна из альтернатив в отношениях между тем, кто хочет получить государственную услугу, и агентом, кото­рый ее предоставляет». Нам данные мнения представляются спорными, но, тем не менее, они имеют право на существо­вание. Перейдем к рассмотрению методов противодействия коррупции.

А. Г. Лахман предлагает консолидировать общественно­необходимую, социально-правовую деятельность государ­ства, гражданского общества, физических и юридических лиц по преодолению коррупции. Мы полагаем, что требовать от каждого борьбу с коррупцией излишне, достаточно специ­ализированных институтов. С иной точки зрения предлагает взглянуть на феномен С. П. Юхачев. Исследователь выделяет пять экономических факторов противодействия коррупции и теневой экономике: увеличение эффективности и компетент­ности власти, повышение экономических рейтингов страны, снижение экономических издержек, стимулирование рынка, оздоровление социально-психологического состояния насе­ления13. Кроме того, для борьбы с коррупцией может помочь поднятие общего уровня нравственности чиновников. Ученые

В.   В. Колесников, В. Н. Быков, О. А. Борисов делают при борьбе с коррупцией упор на гражданские институты: информацион­ную прозрачность государственных институтов, верховенство права при сменяемой демократическим путем власти и функ­ционирующие институты гражданского общества.

Вместе с тем Ю. С. Дерябин, рассматривая антикорруп­ционный опыт Финляндии, отмечает, что основой является от­крытость госструктур для критики со стороны гражданского общества, кроме того, выделяется высокий уровень социально­экономического обеспечения чиновничества, а также низкий уровень социального расслоения в стране. Полагаем, совокуп­ность этих факторов наряду с экономическим развитием спо­собствует поддержанию низкого уровня коррупции.

На основе работы Комиссии по искоренению корруп­ции в Индонезии С. З. Абидин отмечает такие меры по про­тиводействию коррупции, как ведение единой базы доходов и имущества чиновников, финансирование исследований на тему борьбы с коррупцией, работа с населением в просвети­тельском плане. Фактически воздействие на проблему идет не только с фронта силовых ведомств, но и в плане работы с ин­ститутами гражданского общества.

Наряду с государственными мерами и созданием специ­альных структур, ученый отводит основную роль гражданско­му обществу, которое выступает одним из институтов проти­водействия коррупции. Исследователи В. К. Евдокименко, А. Д. Ворошан также отмечают, что благодаря активной позиции граждан эффективность борьбы с коррупцией возрастает. Мы согласны с тем, что борьба с коррупцией должна носить мно­гофакторный комплексный подход, включающий одним из основных субъектов гражданское общество.

Ряд специалистов полагают, что «бедные» страны изна­чально подвержены коррупции в большей степени. Мы счи­таем, что в большей степени относится к «частной корруп­ции». В условиях безработицы, нехватки высокооплачиваемых рабочих мест должность чиновника может рассматриваться как способ заработка. Коррупция вместо сопутствующего за­нятия, становится основным родом занятий. Однако следует отметить, что в таких странах «частная коррупция» зачастую есть следствие непотизма и патронажа «политической кор­рупции». Это означает, что противодействие только «частной коррупцией» без принятия соответственных мер к «политиче­ской коррупции» будет неэффективно.

Таким образом, коррупция представляет собой актуаль­ную проблему для большинства государств, решить которую полностью на данный момент адекватным образом не удалось ни одному из них. Однако ряду государств удалось снизить уровень коррупции до приемлемого обществом уровня. По уровню общественной опасности выделяется частная и поли­тическая коррупция. Вред обществу от последней существен­но выше и представляет реальную угрозу национальной без­опасности государства. Существующие способы измерения уровня коррупции, сводящиеся к опросам респондентов о восприятии коррупции и коррупционном опыте, дают лишь косвенное представление об уровне коррупции. Основные методы противодействия коррупции сводятся к жесткому регулированию и упрощению государственных процедур, минимизации государственного участия в бизнес-процессах, максимальной открытости процесса взаимодействия госу­дарства с обществом на всех этапах. Снижению коррупции способствует: высокий уровень благосостояния (ИРЧП) при одновременно равномерном распределении доходов среди населения (индекс Джинни), наличие работоспособных инсти­тутов развитого гражданского общества. Коррупция является существенным фактором снижения национальной безопасно­сти государства, и ее высокий уровень представляет угрозу су­ществованию политической элиты в условиях глобализации.

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 9 (88) 2015

ГОРБАЧЕВ Антон Александрович

доцент кафедры прикладной математики и информатики Московского государственного гуманитарно-экономического университета


Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

 



© 2014 Евразийский новостной клуб