11:18, 03 Февраль 2016

К вопросу о некоторых коллизионных моментах в процессе заключения и изменения международных договоров

МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ ПРАВО

В современном юридическом поле международные дого­воры составляют базис любой правовой системы, координиру­ют межнациональные сношения, способствуют поддержанию всеобщего мира и укреплению международного сотрудниче­ства. Международные договоренности субъектов публичного права являются локомотивом любой государственности, по­скольку своим усилием они могут заблокировать действие норм национального права, а в некоторых случаях еще и огра­ничить суверенитет государства.

Нормативная дефиниция международного публичного договора нашла свое отражение в ст. 2 Венской конвенции о праве международных договоров (далее - Венская конвенция), согласно которой понятие договора означает какое-либо меж­дународное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое нормами международно­го права, при этом вне зависимости от того, в каком количе­стве документов оно зафиксировано: в одном или нескольких, а также независимо от того, как этот документ был поимено­ван.

Приведенный выше международный нормативный акт является фундаментальным источником права международ­ных договоров. Вместе с тем, устанавливая регулирование про­цедурных моментов, он не раскрывает сущности такого по­нятия, как «заключение международного договора», в связи с чем на практике возникает ряд неясностей в толковании этого термина. Кроме того, многие его правила уже устарели и не отвечают требованиям тех тенденций, которые наметились за последнее время в области договорного права государств.

Этим и другим смежным проблемам посвящена настоя­щая научная работа.

Практикующие юристы в большинстве случаев утаивают сущность процесса заключения договоров, сводя его исклю­чительно к процедурным моментам и игнорируя важнейший этап - достижение самого соглашения. Подобных примеров множество - одним из них является попытка специального до­кладчика Дж. Фицмориса утвердить столь формализованный подход в Комиссии международного права ООН при обсужде­нии проекта статей по праву договоров, однако его излишняя сухость и буквальность, благо, была отвергнута Комиссией.

По мнению профессора А. Н. Талалаева, международ­ный договор можно признать заключенным лишь в том слу­чае, если договаривающиеся государства определенно и однозначно продемонстри­ровали свое волеизъявле­ние к тому, чтобы быть им в последующем связанны­ми, вместе с тем уже не так важно, были соблюдены в ходе названной процедуры все обозначенные этапы или нет. Все это отдается на от­куп форме договора и пред­варительной договоренности сторон.

Так, процедура заключения международного договора состоит из целого комплекса действий, которые рекомендует­ся совершать последовательно: начиная от выдвижения ини­циативы заключения договора и заканчивая вступлением его в силу. Затруднительность указанного процесса, его длитель­ность чаще всего связываются с такими обстоятельствами, как нежелание участников идти на всевозможные компромиссы, и это обоснованно - нередко их интересы носят диаметрально противоположный характер.

Венская конвенция содержит лишь три минимально де­тализированных этапа заключения договоров. Первый этап - принятие текста соглашения, второй - определение его аутен­тичности и заключительный этап - это выражение согласия на обязательность договора посредством подписания, ратифика­ции, принятия, утверждения или присоединения в зависимо­сти от того, какой порядок обусловлен самим договором.

Как видим, Венская конвенция довольно скудно и прагма­тично регулирует обозначенную процедуру. А предложенная последовательность действий участников в процессе установ­ления международных договоренностей носит, скорее, реко­мендательный характер, что также неизбежно ведет к двус­мысленному толкованию положений этого базового акта.

Попытки разрешения вопросов в определении последо­вательности и количества этапов заключения международно­го договора были предприняты и в теории международного права. Однако мнения ученых по этому поводу существенно разнятся. К примеру, В. Е. Живарев не подвергает сомнению положения Венской конвенции. Согласно же точке зрения А. Ю. Курашвили, напротив, указанный процесс включает в себя гораздо большее количество стадий: 1) формирование и предложение инициативы заключить договор; 2) определение круга лиц, представляющих государство; 3) переговоры; 4) со­ставление текста договора; 5) принятие текста; 6) установле­ние аутентичности текста; 7) выражение согласия государств на обязательность для них договора; 8) вступление договора в силу.

Автор, в отличие от многих других, является сторонни­ком того, что лишь строгая последовательность в переходе от одной стадии к другой является единственной возможностью избежать правовых коллизий.

Следует сказать, что определенные сложности могут воз­никнуть и на отдельных этапах заключения договора.

Подготовка и принятие текста договора. В мировой прак­тике самым часто используемым приемом предварительной подготовки текста договора считаются переговоры между отдельными странами. Указанной стадии посвящена ст. 9 Конвенции, в которой говорится о том, что по общему пра­вилу содержание соглашения утверждается совместно всеми государствами - участниками переговоров. Отсюда сразу же вытекает следующая проблема: поскольку максимальный количественный предел государств - участников соглашения правовым регулированием охвачен не был, то их число может быть ненормированным. Помимо прочего, с увеличением ко­личества договаривающихся субъектов, точно так же возрас­тает и объем позиций и отдельных национальных интересов, которые в условиях поляризации мира все чаще не совпадают. Нужно брать во внимание и то обстоятельство, что далеко не каждое государство, участвующее в формировании соглаше­ния, являясь заложником своих амбиций, изъявит желание снизить требования к контрагенту или, например, пойти на уступки. К тому же международное право определяет ряд ос­новных начал для ведения переговоров, ключевым из которых выступает принцип равенства сторон. Однако практическое следование названному принципу во всех межнациональных отношениях в большинстве своем возводится в ранг редких случаев. Типичной становится ситуация, когда в ходе агрессив­ных обсуждений случается ограничение суверенитета како­го-либо неугодного участника. К примеру, некогда в далеком 1982 г. в ходе принятия Конвенции по морскому праву Мальта выразила отказ в признании для нее обязательности данной Конвенции, чем, в силу принципа консенсуса, связала осталь­ные государства, которые не смогли ее подписать. В конечном итоге указанные страны прибегли к давлению на карликовое государство, которое в последующем вынуждено было под­даться всеобщему влиянию.

Ситуация усугубляется еще и тем, что по-прежнему от­сутствует единообразный и однозначный подход к процедуре разработки международных соглашений в контексте деятель­ности Организации Объединенных Наций (далее - ООН). В настоящее время такая процедура носит дискретный харак­тер и имеет свои отличительные особенности в зависимости от конкретного договора и его характера. К примеру, сейчас наиболее актуальной в ООН является проблема методологии формирования и внесения изменений в многосторонние со­глашения.

Немало трудностей и вопросов вызывает и само внесе­ние поправок в межнациональные договоренности. Вообще это обусловлено тем, что абсолютно любой международный договор может быть заключен лишь тогда, когда имеет место полное совпадение волеизъявлений каждой из сторон. Во всех остальных случаях заключение договора следует признавать несостоявшимся. Если же в процессе переговоров возникли расхождения хоть даже по поводу одной статьи, то послед­ствия от этого могут наступишь сиюминутно, застопорив про­цесс в целом. Дело в таком случаем может закончиться одним из следующих результатов: либо каждый из субъектов отношений откажется от идеи заключить договор, либо стороны инициируют конструктивные переговоры о принципиально новом соглашении, которое уже не будет содержать спорные моменты.

Очевидно, что второй вариант развития событий наибо­лее благоприятен, однако решение вопроса кардинально ус­ложняется и может пойти по другому пути, если речь ведется о создании многосторонних договоренностей. Международ­ные отношения в современном мире неизбежно сопровожда­ются различиями в экономических и политических интересах государств, столкновение которых находит свое выражение в том, что в ряде случаев при заключении многосторонних до­говоров очень трудно выработать унифицированный текст, одинаково удовлетворяющий интересы каждого участника переговоров. Таким образом, точки зрения государств отно­сительно конкретного договора могут быть очень различны; в принципе принимая его, государства нередко расходятся в деталях.

Самым эффективным и прогрессивным приемом, способ­ным разрешить указанную выше ситуацию является оговорка, создающая, по сути, новый юридический режим, поскольку посредством оговорки представляется возможным внести из­менения даже в уже сложившиеся взаимоотношения сторон, что предварительными условиями, составляющими предмет договора, может и не быть предусмотрено.

Подводя итоги проведенному исследованию, следует об­ратить пристальное внимание мнению видного ученого-право- веда А. А. Васечко, согласно которому специфика и сложность, связанная с заключением договоров в международном праве, связаны с отсутствием в международных отношениях едино­го центрального ядра власти и управления - это проявляется в том, что каждый субъект таких отношений в определенной мере способен тянуть одеяло на себя. Также делается вывод о том, что государства в стремлении отстаивать свой сувере­нитет на международной арене не желают идти на консенсус с другими государствами. Многие государства ошибочно по­лагают, что таким образом они ограничивают свою независи­мость и подчиняют свою волю другим государствам, при этом не отдавая себе отчет в том, что качественное развитие между­народного договорного права, напротив, открывает колоссаль­ные возможности к интернациональному правотворчеству и отстаиванию коренных интересов на международной арене.

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 11 (90) 2015

ВАЛИКАРАМОВ Денис Джалилович - студент 4 курса Института права Башкирского государственного университета.

КОНОВАЛОВА Екатерина Андреевна

преподаватель Института права Башкирского государственного универ­ситета


Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

 



© 2014 Евразийский новостной клуб