11:06, 28 июня 2016

Положение национальных меньшинств в Грузии (на примере азербайджанцев)

ПРАВО СТРАН СНГ

Одним из последствий политики советского правитель­ства по развитию промышленной базы союзных республик стало массовое переселение лиц разных национальностей в места строительства крупных объектов общесоюзного значе­ния. Трудовая миграция значительно изменила этническую составляющую народов Закавказья.

По данным официальной статистики, в Грузии по со­стоянию на 2002 г. проживало более 700 000 представителей этнических меньшинств (свыше 16 % от общей численности населения страны). Наиболее многочисленны национальные диаспоры азербайджанцев (284 761) и армян (248 929). Затем следуют русские (67 671), осетины (38 028), езиды (18 329), греки (15 166), украинцы (7 039), евреи (3 772), абхазы (3 527), асси­рийцы (3 299), курды (2 514) и граждане других национально­стей. Крупнейшими городами со смешанным этносоставом населения традиционно являются Тбилиси (до 150 000 пред­ставителей этноменьшинств) и Батуми (до 20 000 представите­лей этноменьшинств). Зонами компактного проживания нац­меньшинств являются два региона в восточной части страны - Самцхе-Джавахети (армянское население) и Квемо-Картли (азербайджанское население). Только в этих двух регионах представители национальных меньшинств составляют боль­шинство населения территории. Результаты всеобщей пере­писи населения Грузии, которая проводилась в ноябре 2014 г., будут известны не ранее апреля 2015 г.

Проблема положения национальных меньшинств в Гру­зии является частью общей проблемы развития грузинской государственности в современный период.

Многонациональная Грузия после распада Советско­го Союза взяла курс на создание национального государства с численно доминирующим грузинским населением. С при­ходом к власти в Грузии З. Гамсахурдии и провозглашением курса на создание «моноэтнической грузинской нации» этни­ческие меньшинства подверглись дискриминации, азербайд­жанцы, например, подверглись насильственному выселению. Из города Болниси было выселено около 800 семей, большин­ство азербайджанцев, занимающих высокие позиции в мест­ных управленческих структурах, были уволены, названия 32 сел, рек и гор были официально переведены на грузинский язык, сократилось количество азербайджанских школ. В 1990 г. был закрыт азербайджанский отдел газеты «Знамя победы», издаваемой в Болниси, а в 1991 г. - выходящей в Дманиси газе­ты «Триалети». Все это привело в 1989 г. к серьезным столкно­вениям внутри Грузии и к обострению межгосударственных отношений с Азербайджаном.

В период президентства Э. Шеварднадзе проблемы, свя­занные с положением азербайджанцев, были постоянным пунктом в повестке его переговоров с Г. Алиевым. В первые годы правления он активно занимался проблемами Абхазии и Осетии, при решении этих проблем он добивался потепления отношений с Азербайджаном. Придя к власти в 1992 г., Э. Ше­варнадзе первым делом решил посетить Азербайджан вместе с делегацией грузинского парламента. В феврале 1993 г. глава Госсовета Э. Шеварднадзе и премьер-министр Т. Сигуа при­были в Баку с официальным визитом, в ходе которого между двумя государствами был подписан Договор о дружбе, со­трудничестве и взаимной безопасности, предусматривающий обязательство сторон предотвратить любые действия, поощ­ряющие насилие, основанное на национальной, этнической или религиозной принадлежности, и направленные против отдельных лиц и групп, принять эффективные меры для их искоренения, в том числе соответствующие законодательные акты.

Однако государственное вмешательство в обычную жизнь национальных меньшинств при Э. Шеварнадзе было слабым. Власть не предпринимала попыток улучшить знание гру­зинского языка, который стал единственным официальным, среди представителей национальных меньшинств. Русский язык стал терять роль языка межнационального общения, а неспособность большей части негрузинского населения гово­рить по-грузински стала причиной возникновения языкового барьера между грузинами и негрузиноязычным населением.

Ухудшающаяся инфраструктура (плохое состояние дорог, разрушение школ), плохое обеспечение общественными бла­гами, высокий уровень безработицы усиливали изоляцию меньшинств от грузинского общества и препятствовали их гражданской интеграции.

Период правления М. Саакашвили характеризуется по­пытками государства интегрировать негрузинское население в общественную жизнь Грузии путем внедрения программ по изучению грузинского языка представителей национальных меньшинств, стандартизации образования, улучшения ин­фраструктуры регионов (реконструкция дорог, школ, обеспе­чение газо- и электроснабжения сел). Концепция «граждан­ской интеграции» сводилась к двум основным положениям: консолидация народа Грузии на основе общих ценностей и общего грузинского государственного языка и формирование гражданской грузинской нации, которая охватывала бы всех граждан, независимо от национальности.

Несмотря на позитивные изменения, в целом всесторон­няя политика в отношении меньшинств отсутствовала. Ре­ализация концепции «гражданской интеграции» являлась, скорее, следствием намерения Грузии интегрироваться в евро­атлантические структуры, членство в которых подразумевает соблюдение различных конвенций и хартий, защищающих права меньшинств. Грузинский этнический национализм при М. Саакашвили приобретает элемент скрытности в государ­ственной идеологии современной Грузии. Этому подтверж­дение опубликованный доклад Парламентской ассамблеи НАТО, в котором отмечалось: «Политическая культура и от­ношение Грузии к ее меньшинствам характеризуется в основ­ном относительно высоким уровнем этнического национализ­ма. Разговоры президента М. Саакашвили о восстановлении территориальной целостности и суверенитета Грузии иногда сопровождаются националистической риторикой, что вызы­вает среди меньшинств опасения о репрессиях по националь­ному признаку».

В настоящее время все национальные меньшинства Гру­зии в той или иной мере сталкиваются со следующими про­блемами:

  • низкий уровень знания государственного языка, огра­ничивающий доступ национальных меньшинств к образова­нию, информации, правосудию, реализации избирательных прав;
  • сохранение родного языка и культуры;
  • экономическая и социальная нестабильность: высокая безработица, дефицит промышленного производства, недо­статочное финансирование сельского хозяйства, неразвитость инфраструктуры, несправедливое и неэффективное использо­вание сельскохозяйственных ресурсов;
  • недостаточная представленность азербайджанского на­селения Грузии в местных органах власти.

Азербайджанцы являются самым многочисленным наци­ональным меньшинством Грузии. По данным переписи насе­ления за 2002 г., общая численность составляет 284 671 человек или 6,5 % от населения Грузии.

Прирост грузинского населения с 90-х гг. приостановился, наметилось его постепенное сокращение. Это стало постепен­но превращаться в фактор устрашения во взаимоотношени­ях коренного и азербайджанского населения, что нашло свое отражение в итоговом докладе «Революции роз». В докладе отмечалось, что после прихода к власти команды М. Саакашвили азербайджанцы, живущие в грузинской области Квемо- Картли и в некоторых районах Кахети, отличаются высокими темпами естественного прироста. Если бы не отток сельского населения из этих районов в Азербайджан и Россию, коли­чество реально проживающих в Грузии азербайджанцев уже достигало бы примерно 15 % всего населения страны, что в перспективе угрожало бы демографическим позициям этни­ческих грузин.

Причиной плохой интеграции этнических азербайджан­цев (как и представителей других национальных меньшинств) в общественную и политическую жизнь современной Грузии является плохое знание государственного языка - грузинско­го. Данные переписи населения, проведенной в 2002 г., по­казывают, что только 31 % представителей национальных меньшинств Грузии могут свободно говорить на грузинском. В столице и регионах, где есть смешанное население, уровень владения государственным языком существенно выше, чем в регионах, где преимущественно проживают национальные меньшинства. Если в Тбилиси доля азербайджанцев, владею­щих грузинским языком, составляет 95,6 %, то в Квемо-Картли доля азербайджанцев, знающих грузинский, гораздо ниже - 16,9 %.

Разделению общества на основе этнических и языковых различий в определенной мере способствовала языковая по­литика Советского Союза. Русский язык являлся и офици­альным языком и языком межнационального общения, ис­пользование языков меньшинств поощрялось посредством образовательных учреждений. Общее и среднее образование было доступным на языке меньшинств, в то время как высшее предоставлялось на грузинском языке (хотя в вузах создавались русские секторы). Таким образом, к моменту распада СССР большинство представителей национальных меньшинств не владели грузинским или владели на низком уровне.

Недостаточный уровень владения государственным язы­ком создает определенные трудности. Это и недоступность высшего образования и, как следствие, хорошей работы, ин­формационный вакуум, поскольку СМИ используют грузин­ский язык, невозможность защитить свои права, поскольку языком делопроизводства в судебной и административной системе является грузинский. Кроме того, отсутствие каче­ственных переводов нормативно-правовых актов не позволяет национальным меньшинствам узнать о своих правах и защи­щать их.

Увеличение числа местных каналов, вещающих на азер­байджанском языке, позволило бы компенсировать недоста­ток информации об общественной и политической жизни страны. Однако в действительности существующие каналы ограничиваются еженедельной информационной програм­мой. Отсутствие информации по важным вопросам приве­ло к незнанию вопросов политики и управления: например, большинство негрузин даже не знали, какие партии и блоки принимали участие в парламентских выборах. Кроме того, отсутствие местных СМИ, выходящих на азербайджанском языке, приводит к тому, что местное население получает ин­формацию из иностранных СМИ (азербайджанских, турец­ких и российских), где события могут освещаться под другим углом.

В Квемо-Картли большая часть официальной документа­ции ведется на грузинском, так как большинство госслужащих - грузины. Жалобы в местную администрацию, суд и полицию отклоняются, поскольку оформлены не на грузинском языке.

Период после «революции роз» 2003 г. характеризуется многочисленными реформами, в том числе в сфере языковой и образовательной политики.

Важным аспектом языковой и образовательной полити­ки Грузии является повышение уровня знания грузинского языка национальными меньшинствами. Этому должно спо­собствовать преподавание грузинского языка в школах, еди­ные стандарты образования, оснащение школ современным оборудованием и учебной литературой на грузинском языке. Отдельное внимание власти уделяют подготовке учителей. Однако выводы об улучшении качества образования и повы­шения уровня владения грузинским языком делать рано. Об этом свидетельствует низкий процент негрузиноязычных вы­пускников, которые смогли поступить в высшие учебные за­ведения.

Обязательным элементом образовательной системы Гру­зии с 2004 г. являются Единые национальные экзамены. Низ­кий уровень владения грузинским языком не позволяет вы­пускникам негрузинского происхождения успешно сдать их. Несмотря на изменение требований к Единым национальным экзаменам (упрощение тестов, организация подготовительных курсов), ситуация с поступлением национальных меньшинств не улучшилась. Например, в 2006 г. только 25 выпускников школ Квемо-Картли смогли сдать Единые национальные экза­мены, а в 2007 г. - всего 7.

Другой аспект языковой и образовательной политики Грузии направлен на защиту языков меньшинств и реали­зацию их права на получение образования на родном язы­ке. Законодательством Грузии об образовании языком об­учения во всех общеобразовательных заведениях является грузинский. Однако национальные меньшинства вправе по­лучать начальное и среднее образование на родном языке. В Грузии существует множество негрузиноязычных школ и негрузиноязычных секторов на базе грузинских школ (сме­шанные школы). Всего школ с преподаванием на азербайд­жанском языке - 97, смешанных школ, где есть азербайд­жанский сектор - 124.

Развитие многоязыкового общества, в котором поддер­живается двуязычие, должно способствовать интеграции на­циональных меньшинств. Однако, предоставляя носителям языков меньшинств стимул для изучения грузинского языка, необходимо убедить их, что изучение грузинского не имеет цели ассимилировать их.

Отдельно следует упомянуть проблему топонимов. В на­чале 90-х гг. большое число сел, которые раньше назывались азербайджанскими топонимами, были переименованы на грузинские топонимы. Местные инициативные группы не­однократно обращались к правительству с просьбой восста­новить старые азербайджанские топонимы, но никаких изме­нений не произошло, что вызывает недовольство у населения Квемо-Картли.

Важной экономической проблемой, которая может обо­стрить этническую напряженность в Квемо-Картли, является вопрос нехватки земель. Земли Квемо-Картли отличаются своей плодородностью, и население в основном занято сель­ским хозяйством. Проблема распределения земель возникла в 90-е гг., когда азербайджанцы, проживавшие в приграничной зоне, были лишены возможности приватизировать земель­ные участки, находящиеся в приграничной полосе, посколь­ку новый закон запретил приватизацию земель в пределах 5-километровой полосы вдоль границы и в радиусе 500 м от нее. Закон «О приватизации сельскохозяйственных земель» 2005 г. снял ограничение на приватизацию земель в радиусе 500 м от границы, благодаря чему более 8 000 азербайджанцев получили участки в собственность. Тем не менее многие азер­байджанцы вынуждены арендовать землю у крупных частных землевладельцев (этнических грузин). Проблемы усугубляют­ся отсутствием в регионе современных сельскохозяйственных технологий.

Серьезной экономической проблемой региона Квемо- Картли является безработица. Многие азербайджанцы лише­ны возможности получить работу в государственных структу­рах из-за преобладания грузинских кадров и недостаточного знания государственного языка.

Из положительных изменений в социально-экономи­ческой сфере региона следует отметить улучшение инфра­структуры. Значительно улучшились транспортная инфра­структура, газоснабжение (поставщик газа - азербайджанская компания SOCAR) и подача электроэнергии.

Основной проблемой этнических азербайджанцев Квемо-Картли в общественной и политической сфере является то, что они слабо представлены в органах местного само­управления. В районах Марнеули, Дманиси и Болниси, где большинство населения азербайджанцы, азербайджанец занимает лишь пост заместителя гамгебели (управляюще­го). В районной администрации (гамгеоба) азербайджанцы занимают одну-две должности, все остальные должности за­нимают этнические грузины. В районных выборных органах (сакребуло) доля азербайджанцев также невелика. Таким образом, основным политическим требованием азербайд­жанцев является реальное представительство в местных ор­ганах власти.

Местные организации имеют слабое влияние в регио­не, поскольку центральные власти более активно участвуют в управлении данным регионом и не нуждаются в поддержке местных лидеров. В настоящее время отсутствуют обществен­ные организации, представляющие интересы этнических азербайджанцев и имеющие существенное влияние. Обще­ственные организации «Гейрат», Национальная ассамблея азербайджанцев Грузии (НААГ), Конгресс азербайджанцев Грузии в настоящее время не обладают значительным влияни­ем в Квемо-Картли.

Большим влиянием в регионе пользуется азербайджан­ская нефтяная компания SOCAR, которая финансирует раз­личные социальные проекты (открытие молодежного куль­турного центра, организация курсов по изучению языков, культурные и спортивные мероприятия).

В отношениях между представителями азербайджанско­го населения и грузинскими властями существуют проблемы и в религиозной сфере.

Конституция Грузии, провозглашающая свободу религи­озных убеждений и вероисповедания, в то же время отмеча­ет исключительную роль грузинской православной церкви в истории Грузии.

В 2002 г. между правительством Грузии и грузинской пра­вославной церковью был заключен конкордат (конституци­онное соглашение), наделяющий грузинскую православную церковь статусом субъекта публичного права и, как следствие, предоставляющий различные привилегии, в том числе нало­говые.

Религиозные организации национальных меньшинств были вправе регистрироваться как неправительственные или благотворительные организации, что лишало их статуса рели­гиозных организаций и соответствующих прав.

Отсутствие правового регулирования затронуло и азер­байджанское меньшинство. В Квемо-Картли по приблизи­тельным подсчетам 79 мечетей, 37 из которых построены после обретения Грузией независимости в 1991 г. Многие мечети не имели регистрации, кроме того, строительству новых мечетей и реконструкции уже существующих часто препятствовали активисты православных движений Гру­зии. Например, в 2008 г. местные власти запретили строи­тельство мечети в Муганло, где все население является эт­ническими азербайджанцами. В 2009 г. группа грузинских православных активистов, угрожая насилием, остановила реконструкцию мечети в деревне, где традиционно про­живают азербайджанцы. Такие факты наглядно продемон­стрировали необходимость определения правового статуса мечетей.

В июле 2011 г. в законодательство были внесены поправки, позволяющие религиозным организациям меньшинств реги­стрироваться в качестве субъектов публичного права. Такой статус предоставил и определенные преимущества: освободил религиозные организации меньшинств от уплаты налога на доходы. Внесение этих поправок было воспринято позитив­но. Первой религиозной организацией, зарегистрированной в соответствии с новым законом, стало Управление мусульман Грузии.

В последние годы все большую важность для азербайд­жанского населения (равно как и для остального населения Грузии) приобретает восстановление свободного передвиже­ния и торговли между Россией и Грузией. Это в значительной степени облегчило бы социально-экономическую, а также де­мографическую ситуацию в Грузии. Также нацменьшинства Грузии, которые имеют тесные связи с Россией, заинтересова­ны в отмене или упрощении визового режима между страна­ми.

В 2014 г. Грузия активно приступила к реализации «до­рожной карты» по интеграции в ЕС. Одним из важных мо­ментов этой интеграции является гармонизация миграци­онной и визовой политики Грузии с нормами и правилами ЕС. С 1 сентября 2014 г. вступили в силу новые правила визо­вого режима, которые касаются всех иностранцев - граждан стран, с которыми у Грузии действует безвизовый режим. Азербайджан и Армения находятся в числе этих стран, и граждане этих республик могут без оформления визы в течение 180 дней непрерывно пребывать в Грузии 90 дней. Похожая практика существует и в Шенгенской зоне. Стоит отметить, что безвизовый режим коснется только кратковре­менных поездок. Что же касается долгосрочных виз, а также виз для учебы и работы, то, например, граждане Азербайд­жана и Армении будут вынуждены теперь получать такие визы в консульстве Грузии в Баку и Ереване. Однако вопрос свободного передвижения людей и рабочей силы еще пред­стоит отрегулировать между Грузией и Арменией, так как одна страна стремится в ЕС, а другая уже входит в состав Евразийского экономического союза.

Положительным событием для региона в целом и для Грузии в конце 2015 г. стало заявление президента России В. Путина о готовности отменить визы с Грузией и последовав­шее за ним упрощение порядка выдачи виз. Однако следует отметить, что практически одновременно с заявлением В. Путина Европейская комиссия опубликовала свой доклад, в котором рекомендовала ввести визовые послабления для Грузии. Ожидается, что уже во второй половине 2016 г. граждане Грузии смогут совершать краткосрочные поездки в Шенгенскую зону. Таким образом, для Грузии наступает период расширения сотрудничества как с ЕС, так и с Рос­сией.

Упрощение визового режима между Россией и Грузией может оказать положительное влияние на двусторонние от­ношения. Одним из направлений российской внешней по­литики в Грузии могли бы стать поддержка русскоязычного населения и укрепление позиций русского языка как языка межнационального общения.

Изменения в положении национальных меньшинств в Грузии зависят во многом от политики властей республики. Несмотря на некоторые улучшения, наиболее важные пробле­мы, такие как недостаточное знание государственного языка, безработица и пр., по-прежнему требуют решения.

МЕХДИЕВ Эльнур Таджаддинович

кандидат исторических наук, научный сотрудник Центра постсоветских исследова­ний Института международных исследований Московского государственного института международных отношений (универси­тета) Министерства иностранных дел Российской Федерации


 



© 2014 Евразийский новостной клуб