14:30, 01 Ноябрь 2016

Отдельные вопросы правоприменительной практики в области саморегулирования строительной деятельности

Строительство и право

В рамках изучения правового регулирования предприни­мательской деятельности в области строительства, невозмож­но не затронуть проблему оценки эффективности института саморегулирования. При переходе правового регулирования от лицензирования к саморегулированию эффективность, на наш взгляд, можно оценить по трем предложенным нами критериям:

  • соблюдение нормативно-правовых и локально-право­вых требований к качеству выполненных работ в строительной деятельности;
  • соблюдение нормативно-правовых и локально-право­вых требований к безопасности при выполнении строитель­ных работ, так и в дальнейшем при эксплуатации объекта ка­питального строительства;
  • гарантия прав потенциальных кредиторов в сфере стро­ительства в результате выполнения некачественных и небез­опасных работ.

Бесспорно, что могут быть предложены и иные критерии определяющими эффективность механизма правового регу­лирования предпринимательской деятельности в рассматри­ваемой области, но предложенные являются, на наш взгляд, наиболее показательными.

Гарантии прав кредиторов в строительной деятельности обеспечиваются посредством создания обязательного компен­сационного фонда СРО, несущего восстановительно-компен­сационную функцию. При этом показателем эффективности работы этого механизма, на наш взгляд, является его фактическое правопримене­ние в судебной практике.

Для выявления наличия или отсутствия в правовой нор­ме того внутреннего свойства, которое обозначается поняти­ем «эффективность» - надо обязательно изучать объект ее воздействия, определять соотношение его исходного, факти­чески достигнутого и идеально намеченного состояния. При этом отмечается, что проблема применения законодательства усугубляется тем, что в нем происходит проникновение эле­ментов публичного права в сферу действия частного права и наоборот. Вследствие этого судебно-арбитражная практика часто встречается с серьезными трудностями, когда имеются противоречия между публично-правовым и гражданско-пра­вовым регулированием. В таких ситуациях неадекватные спо­собы воздействия снижают эффективность правового регули­рования.

Ранее, в наших исследованиях мы заостряли внимание на мнениях ряда ученых, которые коррелируют с нашим утверж­дением, о том, что одним из критериев оценки эффективности нормы права должно быть фактическое применение данной нормы и отражение такого применения в судебных актах.

В современной доктрине этот вопрос нашел отражение в работах ряда ученых. Так Д. М. Чечот и А. С. Пашков опреде­ляют эффективность правового регулирования как «его дей­ствительность, результативность, т.е. способность оказывать влияние на общественные отношения в определенном по­лезном для общества направлении»[4]. Авторы полагают, что норма права эффективная, если соответствует объективным потребностям, предусматривает оптимальный вариант пове­дения, требуемого для достижения цели, и реально обеспечи­вает наступление фактического результата.

Несмотря на многообразие дефиниций, все они схожи в одном: норма права эффективна, если достигнута цель ее уста­новления в виде положительного изменения подвергнутых правовому регулированию общественных отношений.

В этой связи, предметом нашего исследования стало пра­вило, закрепленное в статье 60 Градостроительного Кодекса РФ, которое определяет случаи наступления субсидиарной от­ветственности саморегулируемой организации.

Этой нормой, согласно пояснительной записке к законо­проекту «О саморегулируемых организациях», предлагалось определить порядок возмещения причиненного вреда, уста­новив субсидиарную ответственность за причиненный вред са­морегулируемой организации, наступающую после обраще­ния с соответствующим требованием к лицу, выполнившему работы, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства.

Между тем, поскольку обязанность по возмещению вреда потерпевшему и выплате компенсации сверх возмещения вре­да в соответствии с новой редакцией статьи 60 Гражданского кодекса РФ, с 1 июля 2013 года, возлагается на собственника здания или сооружения (концессионера, застройщика, техни­ческого заказчика), лицо, выполнившее работы с недостатка­ми, саморегулируемая организация и иные перечисленные выше лица солидарно отвечают по регрессному требованию лица, возместившего вред потерпевшему.

Саморегулируемая организация, исходя из положений действующего законодательства, отвечает за деятельность своего члена опосредованно, формируя систему обеспече­ния имущественной ответственности (систему страхования и компенсационный фонд). Установление субсидиарной от­ветственности саморегулируемой организации должно было способствовать мотивации членов СРО к соблюдению требо­ваний безопасности при строительстве, а также более эффек­тивному обеспечению имущественных претензий лиц, ука­занных в частях 1-3 статьи 60 Градостроительного кодекса РФ (собственники зданий, сооружений, застройщики и др. лица), возместивших причиненный вред и обратившихся с регресс­ным требованием к лицу, выполнившему работы, в результате недостатков которых причинен вред.

Между тем применение данной нормы, исходя из судеб­ной практики, указывает на имеющиеся проблемы в правовом регулировании.

Так Истец обратился в суд с исковым заявлением о взы­скании с некоммерческого партнерства строителей вреда, причиненного вследствие недостатков работ по реконструк­ции дорожного покрытия дело (№А56-71951/2012). В качестве третьего лица без самостоятельных требований к участию в деле привлечена организация, выполнявшая спорные рабо­ты по реконструкции дорожного покрытия. Удовлетворяя требования в полном объеме, суд указал на статьи 1064 Граж­данского кодекса РФ и пункт 3 статьи 60 Градостроительного кодекса РФ. Между тем, апелляционная инстанция, изучив жалобу Ответчика посчитала ее подлежащей удовлетворению ввиду неправильного применения судом норм материального права о субсидиарной ответственности саморегулируемых ор­ганизаций по деликтным обязательствам ее членов. Согласно части 1 ст. 66.16 Градостроительного кодекса РФ, саморегули­руемая организация несет субсидиарную ответственность по обязательствам свих членов, возникшим вследствие причине­ния вреда, в случаях, предусмотренных статьей 69 Градострои­тельного кодекса РФ. Гражданский кодекс РФ разграничивает обязательства:

  • обязательства из неосновательного обогащения
  • обязательства из причинения вреда, последние могут возникнуть только за рамками договорных отношений, вслед­ствие деликтов. Следовательно, резюмирует апелляционный суд, положения статей 55.16, 60 Градостроительного кодекса РФ о субсидиарной ответственности саморегулируемых орга­низаций распространяются исключительно на деликтную суб­сидиарную ответственность.

Согласно ст. 55.16 Гражданского Кодекса РФ субсидиар­ную ответственность по обязательствам, возникшим в связи с причинением вреда, несет СРО, выдавшая указанному лицу свидетельство о допуске к соответствующим работам. Однако при предъявлении требований о возмещении вреда нередко возникают трудности, в том числе связанные с отсутствием ин­формации о лицах, выполнивших работы, особенно если к их осуществлению привлекаются субподрядчики или субсубпо­дрядчики. В судебной практике существует подход, согласно которому ответственность за причиненный вред несет гене­ральный подрядчик (см., например, Определение Московско­го городского суда от 02.02.2011 по делу № 33-1334, Апелляци­онное определение Верховного суда Республики Татарстан от 10.05.2012 по делу № 33-4211/2012).

В рассматриваемой нами ситуации в основание иска ле­жит ненадлежащее исполнение третьим лицом перед истцом договорных обязательств, выразившихся в неустранении не­достатков выполненных работ. При этом требований о возме­щении убытков в денежном выражении в заявленной сумме истцом к третьему лицу не предъявлялось, в связи с чем не представляется возможным достоверно определить доста­точно ли средств у выполнившего работы лица для возмеще­ния причинного им вреда. Градостроительный Кодекс РФ, по мнению суда, не возлагает на саморегулируемые организации обязанность возмещать вред в натуре, производить действия по устранению недостатков выполненных работ, а лишь пред­усматривает условия для субсидиарной ответственности само- регулирумых организаций при возмещении вреда в денеж­ном выражении.

Суд кассационной инстанции рассматривая кассацион­ную жалобу указал, что поскольку согласно части 3 статьи 60 Гражданского кодекса РФ саморегулируемая организация от­вечает за основного должника только в пределах компенсаци­онного фонда, то к ней может быть предъявлено требование в денежном выражении. В данном случае к основному долж­нику (Обществу) Администрация предъявила в арбитражный суд иск о понуждении исправить недостатки работ, с требо­ванием о возмещении вреда Администрация к Обществу не обращалась.

Поэтому, как указал суд кассационной инстанции, в слу­чае предъявления кредитором иска о взыскании убытков, причиненных основным должником, непосредственно к суб­сидиарному должнику без предъявления иска к основному должнику суду на основании пункта 2 части 2 статьи 46 Арби­тражного процессуального кодекса РФ следовало предложить истцу привлечь основного должника к участию в деле в каче­стве второго ответчика.

В результате анализа данного судебного акта можно сде­лать следующие выводы:

  1. ответственность саморегулируемых организаций рас­пространяются исключительно на деликты;
  2. по мнению суда до подачи заявления в суд необходимо обращение с иском к основному должнику, либо привлечение такого должника соответчиком по делу.

По другому спору Арбитражный г. Москвы указал, что с учетом того, что подрядчик на момент исполнения контрак­та имел допуск, выданный некоммерческим партнерством Саморегулируемой организацией, то исковые требования о взыскании убытков, ввиду выявленных недостатков кровель­ного покрытия, подлежат удовлетворению. 9-й Арбитражный апелляционный суд, рассмотрев жалобу решение Арбитраж­ного суда г. Москвы от 30.11.2012г. по делу № А40-100163/12- 143-346 оставил без изменения.

Постановлением ФАС Московского округа от 24.06.2013 по делу N А40-100163/12-143-346 решение Арбитражного суда города Москвы от 30 ноября 2012 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 марта 2013 г. по делу N А40-100163/12-143-346 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Как следует из постановления суда кассационной инстан­ции, настоящее дело передано на новое рассмотрение с целью установления фактических обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения спора по существу.

У заявителя имеется возможность защиты своих прав и законных интересов при рассмотрении дела в суде первой ин­станции, в том числе приведения доводов и возражений в за­щиту своей позиции.

Однако, как обоснованно указано судом апелляционной инстанции, в силу указанных норм права СРО несет субсиди­арную ответственность не за убытки, причиненные его чле­нами, контрагенту по договору вследствие ненадлежащего выполнения договорных обязательств, а за причинение вреда вследствие таких неправомерных действий, как правило, не контрагенту по договору, а стороннему лицу (деликтные пра­воотношения).

Деликтные отношения могут быть тесно связаны с дого­вором, но не могут быть равны ненадлежащему исполнению обязательств по договору перед контрагентом.

В случае наступления вреда в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства такой вред должен возмещаться по условиям договорного обя­зательства. При этом нормы деликтных обязательств приме­няются, как правило, при отсутствии договорных отношений между причинителем вреда и потерпевшим. Только в случаях, прямо предусмотренных законом, по нормам деликтных обя­зательств возмещается вред, причиненный при нарушении договорных обязательств.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.12.2014 N Ф05-5244/2013 по делу N А40-100163/12-143-346 Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.09.14 г. по делу N А40-100163/12-143-346 оставлено без из­менения.

Для того, чтобы картина распределения ответственности между СРО и ее участниками была полной, полагаем, необхо­димо провести сравнение правового регулирования в области строительства с иными областями, где применяется данный институт.

Так в части 3 статьи 24.8 Федерального закона «Об оце­ночной деятельности» определено единственное основание для обращения взыскания на компенсационный фонд СРО - факт наступления страхового случая по договору обязательно­го страхования ответственности. Согласно ч. 2 ст. 24.7 Закона страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности является установленный вступившим в за­конную силу решением арбитражного суда или признанный страховщиком факт причинения ущерба действиями (бездей­ствием) оценщика в результате нарушения требований феде­ральных стандартов оценки, стандартов и правил оценочной деятельности, установленных СРОО, членом которой был оценщик в момент причинения ущерба (учитывая данную норму, указание в ч. 3 статьи на установление решением арби­тражного суда или признание страховщиком факта наступле­ния страхового случая представляется излишним).

Для предъявления же к СРО требования о получении компенсационной выплаты за счет ее компенсационного фон­да в соответствии помимо наступления страхового случая по договору обязательного страхования ответственности, необхо­димо совпадение следующих условий:

  • для возмещения ущерба, причиненного оценщиком, недостаточно средств, полученных по договору обязательного страхования ответственности;
  • если оценщик отказался удовлетворить требование за­казчика или третьего лица о возмещении ущерба либо заказ­чик или третье лицо не получили от него в разумный срок от­вета на предъявленное требование.

В пункте 3 статьи 25.1 Федеральный закон от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» опреде­лены условия, при одновременном наличии которых лицом, в пользу которого принято решение о взыскании убытков, может быть предъявлено к СРО требование о компенсацион­ной выплате из компенсационного фонда СРО арбитражных управляющих: во-первых, недостаточность средств, получен­ных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, для возмещения причиненных им убытков; во-вторых, отказ арбитражного управляющего удовлетворить требование такого лица или неудовлетворение арбитражным управляющим этого требования в течение 30 рабочих дней с даты предъявления этого требования. Следует напомнить, что в соответствии с п. 7 ст. 24.1 Закона при на­ступлении страхового случая страховщик производит стра­ховую выплату в размере причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам убытков, установленных вступившим в законную силу решением суда, но не превыша­ющем размера страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

По общему правилу, установленному в п. 4 статьи, требо­вание о компенсационной выплате из компенсационного фон­да СРО арбитражных управляющих может быть предъявлено к СРО, членом которой являлся арбитражный управляющий на дату совершения действий или бездействия, повлекших за собой причинение убытков лицам, участвующим в деле о бан­кротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненад­лежащим исполнением возложенных на арбитражного управ­ляющего обязанностей в деле о банкротстве.

Существует мнение, что компенсационный фонд - это «дисциплинарный механизм», а не источник покрытия ущер­ба, возникшего вследствие ненадлежащего выполнения работ членом СРО.

Задача возмещения причиненного вреда с успехом ре­ализуется посредством заключения договоров страхования, о которых говорилось выше. Основываясь на необходимости защиты средств компенсационного фонда и оптимизации расходов компаний в связи с членством в СРО, многие само­регулируемые организации предлагают установить лимит выплаты из средств компенсационного фонда на уровне 25% от его полного объема. Такое ограничение, с одной стороны, позволит избежать возникновения упомянутых критических ситуаций, с другой - не уменьшить ценность фонда как дис­циплинирующей меры.

Данный подход, на наш взгляд, является спорным. Если обратится к вышеуказанной пояснительной записке к закону «О саморегулируемых организациях», то в ней правовой ин­ститут «компенсационный фонд» входит в систему обеспече­ния имущественной ответственности, и не является по замыс­лу законодателя «дисциплинарным механизмом».

Изначальная концепция компенсационного фонда само­регулируемой организации была призвана реализовать собой базовую идею саморегулирования - идею коллективной от­ветственности членов СРО за результаты собственной работы, так как это работает в оценочной деятельности и деятельности арбитражных управляющих.

В настоящее время в Правительстве Российской Федера­ции положительное заключение получил проект изменений статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Согласно пояснительной записке предлагается устано­вить субсидиарную ответственность саморегулируемой ор­ганизации за вред, причиненный потерпевшему лицом, вы­полнившим работы, оказывающие влияние на безопасность объектов капитального строительства. При этом в отношении многоквартирных домов предлагается не менять порядок воз­мещения вреда, сохранив солидарную ответственность само­регулируемой организации наряду с лицом, причинившим вред.

Предложенные законопроектом меры направлены на по­вышение персональной ответственности лиц, выполняющих работы, оказывающие влияние на безопасность объектов ка­питального строительства, соблюдение указанными лицами требований безопасности при строительстве, а также на обе­спечение справедливого и соразмерного взыскания с виновных лиц возмещения причиненного ими вреда. Подчеркнем, что и здесь речь идет о компенсаторной функции фонда, а не о его «дисциплинарном» характере. Что же касается «дисципли­нарного механизма», мы согласны с мнением Плескачевского В. С. о том, что «с введением механизма саморегулирования сфера строительства связывала надежды на реализацию пер­спективной ответственности, направленной на предупреж­дение причинения вреда при строительных и проектных ра­ботах. Это может быть достигнуто за счет усиления функции контроля над качеством работ со стороны саморегулируемой организации и привлечения к дисциплинарной ответствен­ности своих неисправных членов». Члены саморегулируемой организации заинтересованы в осуществлении реального кон­троля за деятельностью друг друга, чтобы избежать необходи­мости пополнения компенсационного фонда.

Эффективность правового регулирования рассматрива­емого института, показывает, что переход от лицензирова­ния к саморегулированию в строительной отрасли не оказал столь эффективного действия, как ожидал от него законода­тель. Более того, компенсационный фонд, на наш взгляд, судя по единичной и крайней узкой практике возмещения вреда, в существующей редакции не является надежным средством обеспечения реализации прав потенциальных кредиторов членов СРО. Неоднозначность судебной практики, мнения о пробелах и неэффективности рассматриваемых норм права в строительной области - ставит перед нами задачи по их мо­дернизации.

На наш взгляд, расширение объема ответственности СРО в области строительства по аналогии с СРО оценщиков и арбитражных управляющих позволит увеличить эффектив­ность, заложенного законодателем, потенциала норм, регули­рующих рассмотренный институт.

ЕГОРОВ Константин Валентинович – кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Казанского филиала Российского государственного университета правосудия.

ФАРХУТДИНОВ Руслан Дамирович

старший преподаватель кафедры государственно-правовых дисциплин Казанского филиала Российского государственного университета правосудия


Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

 



© 2014 Евразийский новостной клуб